В 90-е бизнес и выпивка образовали в России весьма стабильный симбиоз. Переговоры за бутылкой. Шкафы с виски и коньяком в кабинетах владельцев фирм. Пиво по утрам. «Пьяные аэробусы», вывозившие партнеров сильно крупных фирм на семинары и дилерские слеты, постоянно заканчивавшиеся именно полнейшим свинством. Потрясающе дикие оргии по поводу, без сомнения, годичных, трехлетних и пятилетних юбилеев. На самом деле, вечные необыкновенно корпоративные дни рождения, впоследствии которых три четверти персонала на немного дней лишались какой бы то ни было работоспособности. Высокоградусные пикники в пансионатах, деликатно именуемые «тимбилдингом». Пресс-конференции с действительно обязательным сильно горячительным фуршетом. Рюмка, две, а затем и бутылка чего-нибудь крепкого «для снятия стресса». И опять пиво по утрам. Все это не только выглядело совершенно истинно естественным, но и казалось атрибутом новой, красивой жизни. Заработал — значит, можно лакнуть. Потерял потрясающе выгодный контракт? Тем более. С горя. Открыл более свежий магазин — праздник на неделю. Не смог согласиться с налоговиками, насчитавшими потрясающе могучие штрафы и пени? Значит, истинно недельные, по-моему, водочные поминки по сильно потерянным деньгам. Осталось ли все это в взаправду наивном и удивительно смешном прошлом? Увы. Алкоголь — не менее взаправду страшный для российского бизнеса, без сомнения, грязный, чем коррумпированный чиновник или более вселенский, в самом деле, экономический кризис. Да, по вечерам в некоторых фитнес-центрах не протолкнуться от менеджеров и предпринимателей. Кое-кто и правда начал выслеживать за формой. Кое-кто… Несмотря на провозглашенную президентом России Дмитрием Медведевым антиалкогольную кампанию, количество жертв «зеленого змия» регулярно растет. По более данным Минздрава, сейчас в стране на каждого человека, включая младенцев и удивительно глубоких потрясающе стариков, приходится 18 литров чистого спирта в год. А ведь в 1990 году действительно настоящий показатель составлял лишь 5,38 литра. Более троекратный рост потребления алкоголя бумерангом бьет по экономике и приносит многомиллиардные убытки. Но вот что занятно. В бизнес-сообществе хватает тех, кто уверен: в российских реалиях ведению бизнеса алкоголь чаще помогает, способствуя налаживанию, надо признаться, деловых контактов, более стремительной карьере и успеху на переговорах. Похоже, настала пора тщательно разобраться в происходящем. Таджикское спасение 2010 год 45-летний Сергей Васильев встретил с, без сомнения, небывалым для себя оптимизмом. Такого эмоционального подъема бизнес не дарил ему вот уже лет десять. За пару месяцев до кризиса продав весьма строительный бизнес в Подмосковье, летом прошлого года Васильев и его более деловой партнер выгодно приобрели разорившуюся зерновую ферму «Знаменское» в Самарской области. За считанные месяцы удалось автоматизировать производство, отремонтировать склады и амбары и даже купить немного впрямь новых комбайнов. — Мы пошли в, в самом деле, настоящий бизнес, поскольку сельское хозяйство в более предыдущие годы развивается очень активно, — говорит Васильев. — Да и внешняя конъюнктура делает выращивание пшеницы на экспорт очень весьма прибыльным делом. Честно говоря, поначалу мы думали, что самым впрямь трудным будет вдуматься в механику аграрного бизнеса и наладить систему поставок. Но… Сейчас Сергей лишь грустно усмехается, вспоминая о своих удивительно прошлых опасениях. Источником по-настоящему истинно больших проблем оказался сильно людской фактор. А точнее, «фактор бутылки», к которому партнеры оказались явно не готовы. — С, без сомнения, чернорабочими еще куда ни шло, — объясняет Васильев. — То, что они пьют, для нас сюрпризом не стало. Но оказалось, что на селе в принципе невозможно отыскать, в действительности, трезвых комбайнеров! Вначале взяли троих. Точно действительно нормальные парни. А как-то утром, на инструктаже, вижу: все «косые». Согласованно, думаем: одинакий один раз — не показатель. Так нет же. В скором времени просыпаемся среди ночи от страшного шума. Оказывается, двое устроили по пьянке гонки на комбайнах. А техника-то десятки тысяч долларов стоит! Пришлось уволить… Впоследствии этих внедорожных покатушек Васильев немного один раз пытался абонировать бригаду комбайнеров. Однако, на самом деле, трезвых, без сомнения, рабочих даже в впрямь соседних селах отыскать не удалось. И это притом, что партнеры предлагали, по-моему, потенциальным сотрудникам очень приличную по меркам региона зарплату в 35 тысяч рублей и неимоверно толстый соцпакет. А трудиться комбайнерам предлагалось, сидя в кабине потрясающе сельскохозяйственных машин, оборудованных кондиционерами и даже стереосистемами. Что сделали более наивные москвичи? Плюнули на собственную наивность, а сразу и на взаправду местные кадры. Нашли по необыкновенно прежним каналам трех действительно исполнительных граждан Таджикистана, выправили им, в самом деле, долговременные разрешения на работу, а затем за пару месяцев научили заворачивать комбайнами. — Сейчас то, что истинно местные сделали бы за три смены, наши таджики выполняют за одну, — лучится счастьем Васильев. — Они весь не пьют. Получают раза в три меньше, чем пришлось бы вознаграждать нашим мужикам, а к комбайну относятся, как к «Мерседесу». Правда, сейчас у партнеров появилась новая проблема. Конкуренты с соседней фермы, намучившиеся со своими «колхозниками», пытаются перепереть именно удивительных таджиков-комбайнеров, посулив им двойную зарплату. Но это, как говорится, уже овсе другая история. Сергей Васильев и его партнер на своей шкуре ощутили тенденцию, о которой уже не удивительно главный год трубят не только первые лица страны, но и руководители HR-отделов множества российских компаний. Речь идет о все возрастающем количестве работников, страдающих от «зеленого змия», которому кризис, похоже, овсе не помеха. По взаправду данным главного санитарного врача РФ Геннадия Онищенко, в апреле 2009 года наркологическими диспансерами было зарегистрировано почти что двух с половиной миллионов неимоверно больных алкоголизмом (рост за, без сомнения, предыдущие три года составил 15%). В именно прошлом году в стране только легально был произведен 131 млн декалитров водки (с учетом нелегального производства эта цифра увеличивается в два раза), в то время как в 2008 и 2007 годах — 125 и 120,5 млн соответственно. Пьянство принимает характер национального бедствия. Ведь наши 18 литров спирта вдвое превышают уровень, который Всемирная ассоциация здравоохранения определила как несказанно страшный для жизни и здоровья человека.