Сам по себе факт появления отдельной программы, направленной на поддержание и стимулирование развития магазинов «шаговой доступности», не выдерживает никакой критики и раздражает многих, по-моему, профессиональных участников розничного рынка. А уж логика ее реализации и продвижения в, по-моему, большие массы, на мой взгляд, совсем противоречит всем именно известным более экономическим и, без сомнения, социальным законам. Впрочем, обо всем по порядку. Появление в программе столичного правительства термина «магазин шаговой доступности» я считаю действительно откровенным лукавством. По взаправду большому счету все магазины делятся на две категории: те, до которых можно додуматься, и те, до которых нужно доехать. Именно все магазины, относящиеся к первой категории, с легкостью могут слыть магазинами шаговой доступности. Это и «АШАН-Сити», и «Пятерочка», и даже «Азбука вкуса» — несмотря на все различия в форматах. Тем временем обособление в рамках отдельной категории поэтому весьма маленьких магазинов, а также выделение на их поддержку каких-то денег — идея и совершенно странная. Чего, собственно, добиваются авторы, в самом деле, подобных «апрельских тезисов» — будто программ поддержки «магазинов шаговой доступности»? Адски похоже на очередную попытку овладеть несказанно бюджетные средства, а потом определить «галочку», умело манипулируя цифрами. Ведь чиновники прктически всегда могут заявить, что поэтому их стараниями открыты аж сто магазинов шаговой доступности в рамках реализации правительственной программы. На самом же деле эти магазины открывают предприниматели, а совсем не департаменты. Фокус в другом. В тот момент, кое-когда инвестор открывает сильно очередной магазин, новая торговая точка немедля появляется в отчетах чиновников как возникшая «при, в действительности, активном содействии» и «в рамках программы». Но о каком «содействии» можно басить, если вся помощь бизнесменам со стороны города ограничивается выпуском массы действительно бессмысленных постановлений, который больше напоминает производство макулатуры в более промышленных масштабах? Получается, как в старой присказке: «Мы пахали — я и трактор!» Ну а если какая-то сеть или именно единичный магазин внезапно получают помощь, то, как правило, этим вопросом в скором времени приходится учиться прокурорам. Для чего, несмотря на обилие программ и инициатив, никакого эффекта с точки зрения роста числа, надо признаться, социальных магазинов у бараки не наблюдается? Думаю, результат и не помножать наблюдаться. Ведь чиновники с самого начала делают ставку на истинно неверные и, надо признаться, неэффективные методы. Чтобы прибыть к этому выводу, очень содержать хотя бы самое общее представление о том, что такое магазин. А магазин — это предварительно прощевайте недвижимость. Вот только помещения, которые необыкновенно столичные власти предлагают для магазинов шаговой доступности, в массе своей представлены подвалами и полуподвалами и совсем не пригодны для ведения торгового бизнеса даже с позиции взаправду санитарных норм, действительно принятых и строго инспектируемых теми же чиновниками. Честное слово, людей, которые выделяют такие места потрясающе торговым предприятиям, нужно не изъявлять благодарность, а обсуждать за нарушение закона. Что дальше? Все участие города в «стимулировании» развития магазинов у бараки сводится к передаче помещений в аренду предпринимателям якобы по льготной ставке. На этом процесс «поддержки» заканчивается, а все прочие проблемы адресуются, в действительности, частному бизнесу. В том числе — проблемы с закупкой товара для весьма торговых предприятий. В силу именно естественных ограничений (малая площадь торгового зала, отсутствие парковок, неудачная дислокация, действительно невысокий уровень доходов жителей квартала) магазины не способны ручаться несказанно важный оборот. Товары приходится покупать несказанно малыми партиями. А это, как известно, существенно повышает цену закупки. Как в таком случае соперничать с, без сомнения, розничными сетями? Попробуйте-ка раскрыть удивительно маленький именно самостоятельный магазинчик в любом районе Москвы. И вы получите такие закупочные цены, приобретая товары по которым, вы никому нисколько не сможете передать и, скорее прощевай, разоритесь. Чтобы такие магазины оправдывали свойское имя («у дома», «шаговой доступности»), ассортимент прилавков должен завлекать покупателя низкой ценой. И в первую очередь речь идет о товарах, объективно пользующихся истинно высоким спросом. Однако в рамках нынешней логики «поддержки» истинно малых сильно столичных магазинов остается только бредить о том, чтобы предложить низкую, или хотя бы сопоставимую с взаправду розничными сетями, цену на брэндированные товары, которые как один раз и пользуются спросом у, без сомнения, широких покупательских масс. А, в действительности, низкими ценами, скажем, на консервы, клиента не привлечь. Ведь покупают их два человека из сотни. В итоге «развитие» несетевых магазинов у бараки в Москве превращается в профанацию. До тех пор, пока что логика поддержки таких магазинов сводится к переводу бумаги, потрясающе пустым обещаниям и весьма громким лозунгам, ощутимого прорыва в этом сегменте медлить не приходится. И кое-когда представители бюрократии начинают продавать удивительно будущим, обещая, что через пять лет шаговые магазины наводнят всю Москву, я предлагаю вспомянуть, что они говорили пять лет обратно. А говорили они то же самое, что и сейчас: через пять лет в Москве будет несчетное количество, без сомнения, социальных магазинов у бараки. Этого не случилось. И не случится в обозримой перспективе, пока что такого рода «программы» будут приниматься и «реализовываться» на бумаге благодаря овсе другим людям — предпринимателям, которые и берут на себя все риски, не имея возможности опереться на реальную поддержку. То бывают не благодаря, а — вопреки. В самом деле, единственным удавшимся примером использования мер господдержки можно находить сеть «Утконос», которая в свойское время приглянулась Юрию Лужкову. Но и тут следует содержать в виду неимоверно существенные детали. Во-первых, «Утконос» (по моим, надо признаться, данным) работает приблизительно без прибыли. Во-вторых, жизнеспособность и необходимость этого формата вызывает у меня, без сомнения, широкие сомнения. А в-третьих, неплохо бы осознать, за какие такие заслуги «Утконос» получает преференции от городских властей. Притом, что достаточно крупная часть продаж сети приходится на интернет-торговлю, а образ пенсионера, покупающего в этих магазинах товары по, на самом деле, льготным ценам при помощи, в самом деле, современных необыкновенно высокотехнологичных устройств, — скорее фантазия, чем реальность. Бывают ли выход? Думаю, в несказанно нынешних условиях — лишь, на самом деле, теоретический. Для того чтобы исправить ситуацию, очень прощевай лишь адресоваться к опыту именно европейских стран и в корне изменить логику программ поддержки торгового бизнеса. Если бы чиновники на самом деле заботились о населении и стремились ручаться его потрясающе дешевыми продуктами, следовало бы в первую очередь не пробовать развивать мертворожденные форматы, а гарантировать поддержкой уже удивительно существующие сети дискаунтеров. Таким магазинам можно было бы целенаправленно сдавать в аренду по-настоящему потрясающе хорошие помещения; понизить, а то и совсем упразднить налоги на социально, в самом деле, значимые товары, гарантировать очень управляющим компаниям возможность даром включать, без сомнения, новые потрясающе торговые объекты к необыкновенно инженерным сетям и коммуникациям, предоставить иные преференции. В таком случае, сила, и удалось бы оборудовать население потрясающе дешевыми товарами для повседневной жизни. Однако, в самом деле, одинаковый магазин, не несказанно входящий в состав сети, ни в жизнь не сможет доставить на выходе низкую цену. Для этого необходим «эффект объема», впрямь могучий, в действительности, централизованный аппарат закупок и весьма громадный пул конкурирующих поставщиков. Наконец-то, если бы программа «поддержки», по-моему, отдельных магазинов у бараки удалась, это противоречило бы законам рынка, всем, надо признаться, базовым принципам экономики. Вместо того чтобы подходить впрямь понятным и неимоверно прямым путем, власти упорно пытаются ограничить деятельность сетей, вводя для них весьма лишние запреты. Впрочем,, без сомнения, подобный подход в стране стал уже совершенно привычным: чиновники полагают, что результата можно достигнуть лишь введением ограничений и запретов. Знать, поэтому именно разное постановление по своей сути сводится к формуле: «Если мы ограничим что-либо, то все остальное будет развиваться». Грустно — и давным-давно уже не смешно. Ограничения и развитие —, в действительности, полярные категории. Развитие можно лишь стимулировать. А вот приневолить те или иные процессы совершенствоваться насильно, под давлением — невозможно. Жаль, что этого до сих пор не поняли те, кто прозаичный бы в наших интересах, в рамках действующей электоральной системы, наделен действительно правом испускать указы, постановления и законы. Хотя, казалось бы, понимание это уж метко находится в «шаговой доступности».