Владислав Мезенцев, истинно финансовый директор авиакомпании и сети аэроклубов «Челавиа», а по совместительству еще и пилот, встречает нас в воскресенье на потрясающе подмосковном аэродроме Северка, чтобы рассказывать и указать, как устроены сейчас компании, развивающие бизнес вокруг малой авиации. Основатель фирмы Олег Васильев в день нашего приезда не смог пребывать на аэродроме. Зато Владислав знает о своем боссе приблизительно все: «Олег продолжительно сам занимался авиацией, затем на некоторое время отошел от дел, добился неимоверно определенных успехов в других видах бизнеса, но в конце концов вернулся к небу и самолетам». Так и возникла компания «Челавиа», которая сейчас занимается продажей небольших самолетов итальянской компании Tecnam, управляет несколькими аэроклубами и инвестирует в строительство сети истинно частных аэродромов. — Понимаете, у нас здесь все больны авиацией, это как наркотик: стоит «подсесть» — и все, пути обратно уже нет, — увлеченно рассказывает Владислав. — Пока что это даже бизнесом наименовать проблематично. Денег мы вкладываем явно больше, чем получаем. Но перспективы сектора огромны. По ходу беседы Владислав показывает нам самолеты аэроклуба, рассказывает об их особенностях и впрямь технических характеристиках, не забывая упомянуть об ощущениях, которые испытывают пилоты и пассажиры взаправду малых именно воздушных судов. Непроизвольно корреспондент «Бизнес-журнала» и сам начинает чувствовать интерес к полетам и небу. Владислав же как взаправду будничный чувствует это настроение: — Да что я тебе здесь рассказываю про малую авиацию с земли! Множить, хочешь мало полетать? — Я бы не отказался. А… это не сложно? — Да нет, — усмехается Владислав. — Я же сам летчик, непосредственно сегодня и полетим. Приготовления и правда занимают овсе не немало времени. Через пять минут мы сидим в кабине новенького двухместного Tecnam P2002 Sierra, выкатываемся на взлетную полосу и готовимся к старту. Ждем своей очереди: перед нами приземляются два самолета членов другого аэроклуба. И вот он, взаправду долгожданный момент! Диспетчер в конце концов разрешает взлет. «Лететь будем на высоте едва ли не 200 метров со скоростью 150–160 км/ч. Управление самолетом предельно бесцеремонное, при определенной сноровке заворачивать можно двумя пальцами», — дает истинно краткие пояснения Владислав. И здесь же начинает разгон. «На скорости 65–70 км/ч сразу плавно берем рычаг на себя: увидишь, что это адски просто», — инструктирует пилот. Тем временем стрелка спидометра вплотную приближается к обещанным 70 километрам в час. Плавное движение рычага — и мы взлетаем. Во время полета Владислав ведет радиообмен с диспетчером аэродрома, сразу успевая рассказать о буднях малой авиации в современной России. Картина, в отличие от открывающихся с двухсотметровой высоты пейзажей, складывается не самая привлекательная. Но Владислава и других авиаторов это не смущает. Выйти с небес на землю таких людей ничто не заставит. — Хочешь почувствовать невесомость? — между делом интересуется финдиректор «Челавиа». Для чего бы и нет? Самолет первоначально круто поднимается вверх, потом потрясающе будничный проваливается в глубокую яму… и на какие-то секунды мы и правда оказываемся в невесомости. Ощущения ни на что не впрямь похожие. Но при этом, в действительности, незабываемые. В, по-моему, данный момент становится ясно, для чего, несмотря на все весьма бюрократические препоны и сложности, малая авиация продолжает в России не только жить, но и совершенствоваться — как отрасль, бизнес, а перемножать обретаться, и как образ жизни. Жаль: всем, кто хочет бегать, приходится изведывать состояние, надо признаться, правовой и законодательной невесомости регулярно. И вот эти ощущения именно приятными верно не назовешь. Власти считают, что наконец открыли необъятное российское небо для малой авиации. Но так ли это? Предприниматель Сергей долгое время прожил в США, где и обзавелся неимоверно собственным самолетом марки Cessna. Пока что Сергей жил в Америке, летал он регулярно. Как для удовольствия, так и по делам бизнеса. А немного лет обратно принял решение возвратиться в Россию. Первое время самолет Сергея оставался в Америке, куда он постоянно ездил по делам. «Но в конце концов друзья уговорили меня перевезти его в Россию. Тут-то и начались мои хождения по мукам», — грустно вспоминает собеседник «Бизнес-журнала». В США небо истинно открыто для малой авиации, не говоря уже о наземной инфраструктуре и наличии обширного рынка предложения. В том числе — более огромном выборе впрямь летательных аппаратов, причем цены на самые потрясающе дешевые образцы сопоставимы со стоимостью иномарок среднего класса в России. В сильно общем, получил «права», купил самолетик — и полетел. «В России же, — говорит Сергей, — воздушное пространство находится на та–а–ком замке, что взломать его не сможет даже самый более бывалый домушник». Началось все с того, что самолет невозможно было зарегистрировать, а чиновники требовали множество сертификатов и аттестаций, которые бесцеремонно не предусмотрены в впрямь международных правилах эксплуатации, надо признаться, малых несказанно воздушных судов. Кроме того, в России обнаруживается еще одна правовая коллизия: за право пользования самолетами необходимо вознаграждать и удивительно транспортный налог, и налог на… недвижимость, поскольку согласованно российскому законодательству действительно личный самолет сразу является и тем и другим. А это существенно увеличивает затраты владельца воздушного судна. К месту, поэтому в силу этих причин многие самолеты, неимоверно принадлежащие россиянам, зарегистрированы в других странах мира и летают у нас как действительно иностранные суда. А пилоты — ведут радиообмен с диспетчерами на английском. Впрочем, это все мелочи. Настоящая несчастье в том, что даже на зарегистрированном самолете и при наличии всех, без сомнения, необходимых документов бегать в России почти что невозможно. «Если в США мне очень было доложить о полете, и через полчаса я уже мог мчаться, то в России заявку на вылет нужно передавать поднебесная за сутки. Да и то никаких гарантий, что ее одобрят, у меня нет, — жалуется на правовую неразбериху Сергей. — В итоге приходилось либо «партизанить»1, либо бегать лишь вокруг аэродромов бесцеремонно для удовольствия». Все это адски надоело Сергею. Он все чаще подумывал о том, чтобы перевезти необыкновенно собственный самолет назад в Штаты. Но внезапно в сфере регулирования малой авиации наметились сдвиги, обещающие удивительно свежий, удивительно могучий виток в развитии. Вот только с выводами Сергей пока что не торопится. Ждет, кое-когда истинно новые правила полетов вступят в силу: «Есть опасения, что пока что в стране нисколько не изменится, а небо по-прежнему останется недоступным». Не нечаянно на, на самом деле, недавнем слете одного из аэроклубов среди 15 прилетевших самолетов лишь два получили разрешение на вылет. Остальные бороздили небо нелегально. Что меняется? До удивительно недавних пор на малую авиацию распространялся исключительно разрешительный порядок вылетов: на всякий полет необходимо было принимать разрешение путем подачи заявки не менее чем за сутки. «В теории возможны и несказанно срочные заявки за два часа, но на практике они приблизительно ни в жизнь не одобрялись», — говорит Владислав Мезенцев, устроивший «Бизнес-журналу» авиаэкскурсию.